Кое-что про Петербург...

Sat, 15 Dec 2007 22:53:43 GMT

Продолжая тему русских за границей, я хотела бы на примере маминой подруги (назовем её Т.) продолжить вопрос об интеграции в новую среду, об обретении новой идентичности и о принятии этой идентичности, что произошло не сразу, а лишь благодаря событию, выходящему за рамки повседневности. Оказавшись жертвой урагана Рита, прошедшего по побережью Мексиканского залива осенью 2005 года, испытав все трудности связанные с подготовкой к эвакуации, самой эвакуации, возвращением при полном незнании, целы ли дома или разрушены ураганом, Т. престала говорить о своих сотрудниках, соседях, жителях городка «они», и теперь говорит «мы», вспоминаю, что они пережили вместе.

Стоит кратко остановиться на биографии Т. Имея девятилетнюю дочь от предыдущего брака, она познакомилась со своим будущим мужем, гражданином США (Ч.), в Санкт-Петербурге в 1994 году, а в 1995 году эмигрировала в США, штат Техас. По её собственным словам, Ч. предложил её выйти за него замуж и уехать в США, видя её более чем скромное финансовое положение, то есть целью этого замужества с обеих сторон был отъезд Т. с дочерью за границей. Оказавшись в Техасе, в небольшом городке Б. недалеко от Хьюстона, она, с одной стороны, оказалась под влиянием культурного шока, с другой, поняла, что совместная жизнь с Ч. невозможна (и через некоторое время, после получения ею гражданства, они развелись). Т. нашла работу продавца-консультанта в ювелирном магазине, потом добилась места преподавателя в колледже. Каждое лето она приезжала в Россию, с благодарностью отзывалась о Ч., который помог ей уехать, но с большой долей презрения отзывалась об американцах, с которыми успела познакомиться, что нередко приводило к спорам с подругами, которые также некоторое время провели в США и имели свой опыт общения с гражданами этой страны. К 2005 году, за 10 лет жизни в США, Т. успела на достаточном уровне выучить язык, найти работу, которая её устраивает, обзавестись собственным домом (трейлером).

Осенью 2005 года на побережье Мексиканского залива обрушился пятибалльный ураган Рита, а за сутки до его приближения, все жители близлежащих населенных пунктов, в том числе и Т., которую друзья пригласили переждать ураган в Далласе, выехали на автостраду, что привело к образованию пробки в шестнадцать рядов, которая двигалась со скоростью 5 миль в час. Т. весьма экспрессивно описывает события того дня, упоминая о том, что на всех близлежащих автозаправках кончился бензин, вследствие чего для экономии топлива пришлось ехать при сорокоградусной жаре с выключенными кондиционерами. Но более всего Т. поразила взаимопомощь людей, которой она не ожидала: «Какие-то люди ходили от машины к машине, спрашивали, не нужна ли помощь, предлагали воду и йогурты. В какой-то момент я съехала на обочину, чтобы передохнуть, так ко мне сразу же подошел мужчина, спросил, все ли со мной в порядке. Я думаю, у нас бы такого не было». Так же Т. поразили сцены человеческого горя, например, семья, стоящая над умирающей собакой, или люди, пытающиеся привести в чувство старика. «Я ехала одна. Забила весь багажник книгами, на сиденье бросила компьютеры. А ведь большие семьи ничего не могли взять. А уезжали с чувством, что возвращаться будет некуда». «Я провела сутки за рулем, думала, что уехала в другой штат. А потом оказалось, что я была на расстоянии сорока минут нормальной езды от дома».

Рита обошла Б. стороной, вернувшись домой, Т. увидела, что единственный вред, причиненный ураганом—это дерево, проломившее крышу дома. Тогда как соседние городки, сильно пострадали, многие дома были разрушены, а некоторые районы на некоторые время остались без света.

После этого случая, на мой взгляд, отношение Т. к её окружению значительно переменилось. Пережив вместе людьми эту непростую ситуацию, увидев в них человеческое, она почувствовала себя частью их сообщества (прямом смысле происходящего от слова «сообща»). Зато разительно переменила отношение к бывшему мужу, Ч. Обретя эту новую идентичность, она почувствовала себя частью группы, приобрела уверенность в законности своего места в ней и перестала нуждаться в иного рода поддержке. Поэтому теперь она любит рассказывать о недостатках Ч., так что порой её рассказы вступают в прямое противоречие с тем, что она говорила ранее.

Этим летом мы провели несколько дней в Техасе, в гостях у Т. На третий день нашего приезда по телевизору было объявлено о приближении урагана Дин (hurricane Dean), который достиг пяти баллов мощности и через несколько дней может обрушиться на побережье Мексиканского залива. Наличие метеоканала, по которому круглые сутки передавали новости об урагане а также документальные фильмы об ураганах, прошедших в тех местах ранее и нанесших значительный ущерб жителям Техаса и Мексики, а также интервью с людьми, попавшие по причине стихийных бедствий в чрезвычайные ситуации, на мой взгляд, усиливали панику. Поздно вечером (в 23:30) мы поехали в Wal Mart за продуктами и упаковочными материалами. Оказалось, что питьевая вода и контейнеры были уже разобраны. Люди образовывали длинные очереди в кассы и переговаривались о том, стоит ли уезжать. Большинство склонялось к тому, чтобы остаться и положиться на волю случая. Этого же мнения придерживалась Т., вспоминая об ужасах прошлой эвакуации. К счастью, через 2 дня после нашего отъезда мы узнали, что ураган обошел Техас стороной.

Фото: щит на автостраде. Предупреждение о возможности урагана и напоминание о необходимости наполнить бензобак.

Sun, 09 Dec 2007 22:04:01 GMT

Русские за границей—это сюжет, интересующий меня уже давно. Имея возможно пусть и непродолжительное время общаться с людьми, эмигрировавшими из России в 90ые годы в США и разные станы Европы, я сделала для себя множество наблюдений, некоторые их которых попытаюсь, насколько это возможно, структурировать.

Тему «русские за границей» можно рассматривать с разных точек зрения. Можно говорить о степени интеграции в среду, которая наверняка связана с возрастом, видом деятельности, влияющим на статус, причинами эмиграции, новым местом жительства. Можно использовать классические теории диаспоры для описания жизни русской общины и т.д.
В данной заметке я хочу коснуться зависимости круга общения и использования английского языка, который, по моему предположению, связан со степенью интеграции, от принадлежности к тому или иному поколению на примере семьи моих родственников эмигрировавших из СССР в 1989 году в США, а точнее, в Сан-Франциско. Не вдаваясь сейчас в историко-демографические подробности, я все же упомяну, что Сан-Франциско не просто городом с многоэтническим населением, но городом, где 35 % жителей родились в Калифорнии, 26 % на территории США, а 39 % за пределами государства (по данным Wikipedia). Русскоговорящая община составляет там 20 тысяч человек (все население составляет около 750 тысяч).

Пример, который я собираюсь привести, кажется мне удачным, так как семья, о которой я говорю, является трех поколенной. Самое старшее поколение представлено, назовем условно, «бабушкой и дедушкой» (Н. и Э.), среднее поколение, «отец и мать» (И. и Г.) и младшее поколение, две дочери (Л. и Д.).

Н и Э, приехав в США уже пенсионерами, в данный момент имеют круг общения, полностью ограниченный бывшими соотечественниками, при этом, получая пенсию, продолжают работать. Э. работает в фирме, оказывающей медицинскую помощь на дому русскоговорящим жителям Сан-Франциско, то есть на работе он использует русский язык. Н. работает в лаборатории университета и занимается опытами над мышами, английский использует на работе, но может обойтись невысоким знанием языка, так как для ее работы, знание языка не является решающим. Английский язык они бросили учить несколько лет назад, решив, что для жизни полученных ими знаний хватит, хотя по приезде в США ходили на курсы. В повседневной жизни английский язык используется ими минимально, так как продукты, одежду и бытовую химию, они покупают в китайских магазинах. Об уровне знания английского языка Н. можно судить по тому, что когда однажды нашу машину остановил полицейский и стал объяснять, что она проехала на красный свет, она не сразу его поняла.

И. и Д. знают английский язык на высоком уровне, хотя и признаются, что в связи с акцентом, в них признают иностранцев, работают в американских компаниях с англоязычными сотрудниками. И., психолог по образованию, проводит консультации, что говорит о том, что она ежедневно обращается на работе к английскому языку и об уровне ее владения языком. Но сотрудники никогда не забывают того, что она русская, и в случае обращения за помощью русскоязычных клиентов, просят её принять их и говорить с ними на русском (так однажды она консультировала пожилую женщину, которая оказалась дочерью Веры Холодной, великой актрисы русского немого кино). При этом круг друзей И. и Г., то есть людей, которых они приглашают к себе домой и к которым ходят в гости, состоит из русскоговорящих. Они сами признаются, что среди американцев имеют «приятелей», но «друзьями» считают только русских (термин «русский» здесь спорен, так как значительную часть русскоговорящей общины составляют те, кто уехал из СССР по так называемой «еврейской линии»).

Д. и Л., которым сейчас, соответственно, 22 и 20 лет, напротив, в основном используют в соей жизни английский язык. Между собой они говорят по-английски, с родителями говорят по-английски, тогда как те отвечают им на русском, и лишь с бабушкой и дедушкой, живущими отдельно, они говорят по-русски, что дается им с видимым трудом. Сравнивая этот случай с другими подобными, я пришла к выводу, что родители, приезжая в другую страну и чувствуя себя неуверенно в том числе и в плане владения языком, боятся, что их дети не смогут полностью интегрироваться в среду и стараются максимально обеспечить им погружение в язык, оставляя заботы о сохранении русского языка на потом. В Сан-Франциско существует средняя школа имени Льва Толстого, где преподавание ведется на русском языке, тем не менее, родители жалуются, что на переменах дети говорят по-английски. Большинство же родителей стремится отдать детей в школы, где учатся американцы. Случай Д. и Л. именно такой. Среди их друзей есть и такие же, как они, дети эмигрантов из России, но все они общаются между собой по-английски. Говоря по-русски, они испытывают заметные трудности, вставляют английские слова, и поэтому стесняются делать это в присутствие незнакомых. В подростковом возрасте Д. вообще отказывалась говорить по-русски, о чем впоследствии жалела, но желания приехать в Россию, откуда ее увезли четырехлетней, у нее пока не возникает (год назад она вышла замуж за мексиканца, а так как он плохо говорит по-английски, выучила испанский). Л., проведшая в России 2 месяца в возрасте 14 лет, после этого стала развивать свой русский язык, просила бабушку заниматься с ней грамматикой и заметно улучшила свои навыки разговора по-русски. У неё есть желание приехать в Россию.

Я признаю, что эта заметка является лишь слабой попыткой затронуть большую и уже глубоко разработанную тему. Тем не менее, я думаю, ценность подобных заметок является в возможности структурировать собственные наблюдения.

На "русской" улице Сан-Франциско Geary Street. Виден православный собор и надпись "Гастроном"

Там же

Овощной киоск у ст. метро Новочеркасская. Осень 2005 года. Фотосерия

Tue, 04 Dec 2007 18:05:22 GMT

Петербург. Люди. Фотосерия

Sun, 25 Nov 2007 15:24:13 GMT

Музыканты у ст.м. Удельная. (Женщина слепая)

У мечети

На мосту

Невский проспект

У Казанского. Рождество

"Бутерброд"

У ст. метро Площадь Восстания

Васильевский Остров

У ст.м. Площадь Александра Невского

Петербургские окна

Sat, 24 Nov 2007 11:10:52 GMT

Если вы обращали внимание на строящиеся в центре города дома, то вы не могли не заметить, что почти все они имеют крайне небольшие окна. Встает вопрос о том, нужны ли окна в современных домах вообще? Электрический свет вполне может замещать дневной, а в нашем климате даже наличие больших окон в квартире не позволяет обойтись без электрического освещения едва ли не большую часть года. Связь с внешним миром через окно постепенно теряет свою актуальность. Границы между физическим и социальным пространством всё больше увеличиваются, и если еще в период молодости наших родителей (не говоря о более раннем времени) двор представлял собой центр общественной жизни многоквартирного дома, где люди встречались, общались, решали бытовые проблемы, развлекались, куда приходили старьевщики, точильщики и шарманщики (последнее слово добавлено исключительно в целях продолжения ряда аллитераций, так как шарманщики, я полагаю, исчезли из городской жизни гораздо раньше), то теперь дворы пустуют. Наверняка, должны существовать исследования об изменениях социальной функции двора, я же только хочу сказать, что современная квартира вполне могла бы обойтись без окон, и человек в ней отнюдь не чувствовал бы себя некомфортно, имея такие средства связи с внешним миром, как телевизор, телефон и Интернет.
И все же, пока окна существуют, есть смысл иногда заглядывать в них с внешней стороны.
Жители первых этажей предполагают, что многие прохожие не смогут удержаться от соблазна заглянуть к ним в окно, и нередко делают из окна своего рода витрину, выставляя на подоконник фигурки, игрушки, хорошо видные с улицы.

Вот примеры таких окон:

Тогда как жители верхних этажей чаще озабочены практическим использованием оконного и межоконного пространства.

Негласные правила и их нарушение

Fri, 23 Nov 2007 20:30:18 GMT

В нашей повседневности существуют мелочи, на которые мы не обращаем внимания, пока не столкнемся с непониманием окружающих. В каждом общественном месте, где регулярно бывают одни и те же люди, формируются негласные правила поведения, которые автоматически выполняются всеми участниками коммуникации, тогда как незнание этих мелочей тут же выдает чужака. Тут можно вспомнить старый анекдот про советского шпиона, который первый раз попался на том, что, размешав сахар, не вынул ложку из чашки, а второй раз на том, что по привычке зажмуривал один глаз. Или, к примеру, факультет социологии, где не принято предъявлять на входе студенческие билеты («так уж повелось»). Максимум, до чего может снизойти студент, это поприветствовать охранника. Однако каждый новый охранник, не знакомый с этим неписанным правилам, пытается заставить студентов предъявить студенческие билеты. В то время как студенты изобретают множество способов мягко показать охраннику, что тут действуют распорядки, с которыми ему придется в будущем смириться. Они просто «не замечают» охранника, они делают вид что торопятся на пару, они удивленно хлопают ресницами, как будто их попросили сделать то, о чём раньше им и слышать не приходилось. И, надо признать, охранник смиряется, вертушку уносят, первокурсники усваивают модель поведения страшекурсников, и все идет своим чередом.

В нашем магазине на углу Невского проспекта тоже есть негласное правило, нарушение которого мне приходится часто наблюдать, равно как и следствия этого нарушения. Правило следующее: очередь в овощной отдел всегда становится по правую руку от продавщицы. Так как магазинов в ближайших кварталах немного, их обитатели давно усвоили, с какой стороны надо вставать в очередь, тогда как «чужаки», пытающиеся пристроиться с другой стороны, сразу бросаются в глаза. Когда очередь в отдел достаточно большая, то «чужаку» нетрудно затесаться туда и сойти за «своего», однако встречаются и такие несообразительные экземпляры, которые упорно обходят всю очередь и встают с другой стороны. Продавщицы регулируют процедуру формирования очереди («встаньте с другой стороны, очередь с другой стороны!») и отдают явное предпочтение «своим». Это выражается в том, что если по их осмотру образуются две равновеликие очереди с двух сторон, то продавщицы сначала обслуживают «своих», как бы ни возмущались «чужие», которые и «пришли раньше», и «не потерпят безобразия». И потом, если будут в хорошем настроении, могут обслужить тех, кто стоит с другой стороны, но чаще им приходится вставать в конец общей очереди.
Таким образом, приходя в учреждение, правила которого я знаю, я могу быть уверена, что я получу то, что мне нужно, не прилагая лишних усилий и не тратя время на выяснение негласных правил. Точно так же, как я знаю, что в «моём» магазине очередь в овощной отдел слева от прилавка, что холодильник с заморозками, стоящий отдельно, относится в отделу, продающему салаты и мороженое, а не молоко и колбасы, а газированные напитки надо оплачивать там же, где алкоголь, хотя они и выставлены в кондитерском отделе.

Места в общественном транспорте

Sat, 17 Nov 2007 21:23:26 GMT

Почти каждый из нас ежедневно пользуется общественным транспортом. Однако мы редко обращаем внимание на организацию пространства такого привычного для нас места, как трамвай, троллейбус или вагон метро. А между тем, даже одна поездка, совмещенная с наблюдением, может кое-что прояснить на этот счет.

Место кондуктора

С точки зрения пассажиров, основная задача кондуктора состоит во взимании денег за проезд. Тем не менее, кондуктор также регулирует расположение пассажиров в салоне, скажем, троллейбуса. («Пройдите вперед, там полно места». «Садитесь, вон свободные места, а они стоят! Мне пройти надо!») Кондуктор также может потребовать уступить место пожилому человеку. Он же иногда объявляет остановки и отвечает на вопросы пассажиров, которые не знают, где им лучше выйти. Несогласие с кондуктором может спровоцировать скандал, остановку транспорта и высадку пассажира. Таким образом, если водитель отвечает за движение транспортного средства (за исключением тех случаев, когда кондуктор отсутствует и водитель же принимает плату за проезд), то кондуктор осуществляет многоплановую работу с пассажирами. То есть задача кондуктора не сводится лишь к продаже билетов, как кажется на первый взгляд.
Но я хотела бы отдельно остановиться на месте кондуктора, которое пассажиров просят «не занимать», ибо оно в большинстве случаев явственно подчеркивает статус кондуктора по отношению к пассажирам. Нередко кресло кондуктора находится на возвышении, порой имеет другую форму, нежели остальные сиденья. Иногда оно маркируется надписью: «Место кондуктора», а иногда имеет с одной стороны нечто типа перегородки или даже небольшого столика. На наш взгляд, данные меры связаны не только с такими прагматическими целями, как сохранение свободного места для человека, который большую часть дня проводит на ногах, но и способ создать себе рабочее место, выделить его из остального пространства. Человек чувствует больший психологический комфорт и свою большую значимость, находясь в приватной части пространства. Здесь приходит на ум классический пример: большой стол в кабинете начальника, который отделяет хозяина кабинета он посетителей. Но и маленький столик в троллейбусе тоже призван играть эту роль. Иногда можно заметить попытки привнести в то маленькое приватное пространство свою индивидуальность, сделать его по возможности уютным: появляются цветы, газета с кроссвордами, пестрые чехлы на сиденье и т.д.

Места для пассажиров

Как известно, первые восемь мест в наземном общественном транспорте предназначены «для лиц пенсионного возраста, пассажиров с детьми и инвалидов». Не касаясь сейчас проблемы уступки этих мест и мест вообще вышеперечисленным категориям, хочется заметить, что помимо этих вакантных мест и вообще сидячих мест, существуют также вакантные места и среди стоячих мест. В автобусах и троллейбусах старого образца это места у окна на задней площадке, в современных моделях пассажиры стремятся встать в середине, где также оставлена площадка и где вдоль окна находятся поручни. (В метро такими местами являются мечта на проитивоположной от входа двери и по бокам от дверей). Примечательно, что эти места негласно признаются самыми удобными из стоячих, однако не существует официального правила, в соответствие с которыми требовалось бы уступать их пенсионерам, родителям с детьми и инвалидам. И если норма предполагает что необходимо уступить сидячее место представителям этой категории, то насчет стоячих мест нет норм закрепленных ни в обычном, ни в административном порядке. Не потому ли молодые люди стремятся занять их, даже если есть свободные сиденья, чтобы не пришлось уступать их вошедшей старушке?
(Заметим, что наличие молодых людей, притворяющихся спящими при приближении к ним пенсионеров, говорит не об отмирании нормы уступать место, но о её осознании и стремлении её обойти).

Примечание. Один маленький случай.

Не помню, где именно, то ли в Англии, то ли в Италии, мне понадобилось проехать несколько остановок на автобусе. Войдя в переднюю дверь полупустого автобуса, я села на ближайшее свободное место. Но через минуту поняла, что все, кто входит, садятся назад, а вокруг меня сидело несколько пожилых людей, причем многие места оставались незанятыми. Проанализировав ситуацию, я пришла к выводу, что эти места предназначены для льготной категории граждан, причем ими и занимаются, чего мы не наблюдаем в России. А остальные пассажиры садятся сзади. Я встала и прошла назад, а какая-то пожилая женщина, входившая в автобус сказала мне «спасибо» и заняла освободившееся место.

Недалеко от Сосново

Thu, 25 Oct 2007 15:43:21 GMT

Thu, 25 Oct 2007 15:28:00 GMT

Интересно, почему художник, создававший костюмы к балету "Есенин", не подумал, что первой реакцией зала, увидевшего "аллегорический образ красного коня", будет: "Ааа! Человек-паук!"
Действительно, с красными конями мы сталкиваемся нечасто, а вот очередного "Человека-паука" недавно смотрели.

Немного повседневности. Две фотографии из Италии

Tue, 09 Oct 2007 21:53:45 GMT

Когда запечатлеваешь место, событие, человека, которые чем-то если не поразили, то "зацепили" взгляд, то не хочется никак это комментировать. Пусть это и не социологично.
Вот жилой дом не знаю какого, но явно не этого века. Мы, туристы, наблюдающие реальность через маленький экранчик цифрового фотоаппарата, требуем, чтобы развалины были совсем разваленными, а дворцы представляли собой последнюю степень роскоши. («Мне не понравился Версаль, там все такое ветхое… То ли дело наш Петергоф!». И тот аргумент, что Петергофский дворец был практически отстроен заново после войны, не действует, ведь Петергоф роскошнее!) Интересно, каково жить в замке, куда периодически пускают посетителей? Или вот в таком маленькой и с виду довольно ветхом домике с низкими окошками, распахивать по утрам ставни, стирать и вывешивать за окна белье.

Вот еще одна фотография. Я почему-то считаю её удачей. Пожилая женщина продаёт, а точнее раздаёт (но требовательно протягивает руку в ожидании своего евро) открытки, изображающие Мадонну с младенцем. Женщина, держащая на коленях ребенка, открытку не возьмет. Впрочем, это уже не социология.

Tue, 09 Oct 2007 21:09:50 GMT

Рыбка оживает

Sun, 25 Jun 2006 19:24:41 GMT

А это--уже мной

Tue, 23 May 2006 16:29:12 GMT

Сфотографировано Витьком на телефон

Tue, 23 May 2006 16:26:39 GMT

Иллюзия дома/ Какая-то там Советская

Thu, 18 May 2006 19:29:40 GMT

Тут жили люди. Видите, дымок остался?

Предсессионное/ Вебер всегда причём (с)

Tue, 16 May 2006 21:20:42 GMT

Новый фотоаппарат

Tue, 09 May 2006 15:59:44 GMT

Наш лифт

Thu, 04 May 2006 13:35:21 GMT

Всё. Новых фотографий не будет. Довешаю старые, и адьё.
Фотоаппарат похерился вместе с новыми немецкими фотографиями.
...

Барби. Навязанное о навязанном

Tue, 25 Apr 2006 21:22:39 GMT

Вот уже столько лет людям не даёт покоя эта таинственная кукла. В чём только её ни обвиняют: начиная от выработки у детей извращенных понятий о красоте и кончая едва ли не формирующейся с возрастом склонностью к сексуальным извращениям. Но так ли это? Справедливо ли приписывать вкусы и привычки, развившиеся с возрастом у бывшей любительницы Барби, дурному «влиянию» этой куклы?
Утверждается, например, что благодаря Барби девочка якобы с детства приучается к потребительской модели поведения, потому что эта пластмассовая бесстыдница следит за модой и постоянно требует приобретения появляющихся на кукольном рынке новинок, эквивалентных новинкам «настоящим». В первую очередь, конечно, это касается одежды на разные случая жизни, начиная от нижнего белья и кончая шубами и вечерними платьями. В период нашего детства уважающая себя Барби должна была иметь брюки шорты и купальник, а самые счастливые из них являлись обладательницами частных розовых домов и машин (до сих пор что-то у меня в груди замирает при мысли об этой вожделенной машине, продававшейся в Пассаже, но так и не купленной ни одной из моих подруг).
Но что же здесь особенного? Вы думаете, куклы XIX века были менее требовательны к своим туалетам и удобствам своего кукольного быта? Ах, как вы ошибаетесь! Возьмите, например, книжку «Примерные девочки», «Les petites filles modeles» графини де Сегюр, урожденной Софии Ростопчиной, написанную для детей в середине позапрошлого века…
А теперь, дорогие девушки, вспомните мятые картонные коробки из-под печенья, где хранились скромные наряды ваших Барби, сшитые мамой или купленные у бабушек, что стояли возле ДЛТ. И насладитесь звучанием каждого слова (я наслаждалась—всё детство):
«Маргарита была в восторге от своей новой куклы и её приданого. В верхнем ящике комода она нашла:
соломенную круглую шляпку с маленьким белым пером и черными бархатными лентами,
голубой капор из тафты с розовыми помпонами,
зеленый зонтик от солнца с ручкой из слоновой кости,
шесть пар перчаток,
четыре пары туфелек,
два шелковых шарфа,
муфту и пелерину из горностая.
В следующем ящике оказалось:
шесть дневных рубашечек,
шесть ночных рубашечек,
шесть пар панталон,
шесть юбок, отороченных кружевами,
шесть пар чулок,
шесть платков,
шесть ночных чепчиков,
шесть воротничков,
два корсета,
две фланелевых юбки,
шесть полотенец,
шесть простыней,
шесть наволочек,
шесть тряпочек для вытирания ног,
мешочек с губками, расческами, маленькими гребешками, щеткой для волос.
Третий ящик был наполнен платьями, пальто и накидками. В нём было:
платье из шерстяной ткани в клетку,
платье из розового поплина,
платье из черной тафты, платье из белого муслина,
пикейное платье,
платье из черного бархата,
халатик из сиреневой тафты,
казакин из серого сукна,
казакин из черного бархата,
тальма из черного шелка,
накидка темно-синего бархата,
накидка из белого вышитого муслина».

Сколько тряпочек для вытирания ног было у вашей Барби? А сколько их у вас самих? Ах, бедные мы, бедные, не умеющие жить и потреблять.

Если вы испытали нечто вроде экстаза, то я позволю себе продолжить этот занятный сравнительный анализ. Вы наверняка читали повесть Френсис Бернет «Маленькая принцесса». Там фигурируют две куклы: «Эмили» и «Последняя кукла».
«Итак, Эмили купили и тотчас же отвезли в магазин, где продавались все принадлежности туалета для кукол, и после тщательной примерки выбрали для неё такие же роскошные вещи, как и для самой Сары. Ей тоже накупили кружевных, бархатных и кисейных платьев, и шляп, и кофточек, и великолепного, отделанного кружевами белья, и перчаток, и платьев, и мехов».
Вещи Последней куклы еще роскошнее: «Она села на пол и отперла замок. Девочки с шумом окружили её, с восхищением глядя на наряды, которые она вынимала. Тут были кружевные воротники, шелковые чулки и платки, шкатулка с драгоценностями, в которой лежали ожерелье и диадема как будто из настоящих бриллиантов, меха и муфты, бальные и визитные платья и костюмы для гулянья, шляпы, капоты и веера».
Дом Барби, во многом условный, схематичный, нереально розовый не идет ни в какой сравнение с кукольными домами прошлых времен, которые нередко являлись уменьшенной копией настоящего дома. Сходите в наш петербургский музей игрушек и попросите старенькую смотрительницу рассказать вам о кукольном доме. О нескольких слоях обоев, которые клеили под влиянием моды, о крошечных радиаторах, которые через некоторое время сменили в крошечных комнатах крошечные голландские печи. О телефоне, появившемся в доме через несколько десятков лет после его изготовления. Об увлечении главы семьи морем и наличием в его игрушечном кабинете нереально маленьких измерительных приборов… Впрочем, справедливости ради стоит заметить, что детям нередко запрещалось прикасаться ко всему этому кукольному великолепию.
А теперь вспомните свою бедную-бедную Барби ютившуюся по письменным столом, на подоконнике, на полке. Она научила вас потреблять?

Уффф… продолжение, возможно, следует.

Невский проспект

Mon, 24 Apr 2006 14:46:57 GMT

Невский—это праздник, который всегда с тобой. Даже если ты садишься на «пятёрку» на Суворовском, а выходишь уже на площади Восстания. В троллейбусе стоишь у самой кабины. На прозрачной перегородке «лицом» к водителю наклеена «Инструкция для водителя троллейбуса по использованию оборудования…». А ты с другой стороны справа налево читаешь потрясающе красивую вязь со всеми этими загогулинами «у» и «а».

Полная женщина с неподвижным лицом, обычно стоящая с табличкой «Восковые фигуры» на груди, сегодня сидит, опустив голову, на стуле, а сзади к ней наклоняется большой неподвижный Шрек, и издалека кажется, что он обнимает её. Так они нашли друг друга этой весной: принцесса и зеленый великан.

В прохладной арке скрывается от солнца, которое вдруг обрушилось на наш зарёванный город, человек-бутерброд с головой Достоевского и надписями «Ремонт, продажа…» на груди и спине.

А у нас, в самом конце Невского проспекта, старичок в шляпе продаёт курагу. Он прячет большой холщовый мешок между щитами стойки «ОБМЕН ВАЛЮТ от 400$», и ставит рядом низенькую белую табуреточку. Перед стойкой на газетке лежит старенький портфель, а на нём—прозрачный мешочек с курагой.

Сегодня передо мной открывали все двери.

О всяком

Sat, 08 Apr 2006 20:14:02 GMT

Когда я думаю о культурном потенциале потребителя (в данном случае себя), я вспоминаю торговца семечками на крошечном рынке станции Сосново. Он толст, носит на голове широкую полотняную кепку, а над верхней губой—тоже широкую черную полоску усов, так старательно выкрашенных, что на коже видна синева. Перед ним стоят три мешка семечек с пояснением: «»просто жареные», «Жареные солёные» и «сушеные на русской печке». Он хитро прищуривается, приговаривая: «Все по 5 рублей, а выбор ваш». У его стаканов подозрительно толстое дно, он не досыпает в кулёк лишнюю горсть, как делает его главная конкурентка—толстуха в косынке с узлом на затылке—но ради его усов и ухмылки я подхожу еще раз.
Зато толстуха делает свои кульки из старых журналов. Они пахнут дачной зимней сыростью. Чаще всего попадается «Наука и жизнь», иногда «Новый мир» (варвары!), совсем редко «Звезда». Порой встречаются листы из детективных или любовных романов, отпечатанных на тонкой дрянной бумаге, заранее обреченной стать кульком, который потом долго валяется на скамейке, пока ветер не сдует его наземь и дождь не размоет буквы.
P.S. Продаю идею дешевого любовного романа, если никто ее еще не использовал: они расстались, а через много лет он, на дельней станции сойдя, купил кулёк семечек, свернутый из его письма к ней. ))

Время и место 3 / "Коренные петербурженцы"

Fri, 07 Apr 2006 20:04:42 GMT

Время и место2

Tue, 04 Apr 2006 20:09:55 GMT

Новое в орфографии

Sat, 01 Apr 2006 22:25:28 GMT

Этот плакат, не относящийся к теме потребления, каждый день мозолил мне глаза, когда я проходила по Одесской улице (сейчас он исчез). И лишь на третий день я поняла, что в нём не так.

Наша сказочная жизнь (с)

Sun, 26 Mar 2006 18:15:10 GMT

Праздники кончаются